http://forumfiles.ru/files/0012/83/26/51080.css
http://forumfiles.ru/files/0012/83/26/49962.css

Нирейн

Объявление

Уважаемые игроки и гости!
Форум официально объявляется закрытым, благодарим всех за игру!

Просветиться здесь. Соблюсти строжайшим образом.


О текущих квестах читаем здесь.

В настоящий момент основная игра ведется в Княжестве Антерос. Совсем недавно взошел на престол новый Великий Князь, и теперь его задача - укрепить свое положение и спасти разваливающуюся на части страну. Северный город Вересса захвачен Проклятыми, над горами то и дело мелькает тень Левиафана - древнего Дракона, подчиняющегося террористам Клинка. К тому же и в самой столице не утихают разногласия среди дворян Княжества. В довершение ко всему, ко двору прибывает посольство Текианы - но с какой целью?


Нужные персонажи

В игру особенно нужны рыцари, дворяне, маги и аристократия Антероса, а также представители посольства Текианы и Проклятые из Красного Клинка. Никогда не будут лишними Охотники - для них работа найдется всегда.

Изучаем, думаем, подбираем образы)


Майр - администратор. Демиург, генератор идей и всевидящее око.


Инриси - администратор. Ответственна за общие вопросы и приемку.


Рия, Жаклин, Зисизохитакиэйка - модераторы. Помощь в ведении квестов и создании контента.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Нирейн » Страницы прошлого » “Минуй нас пуще всех печалей…”/ Середина Литаруса 1443 г.


“Минуй нас пуще всех печалей…”/ Середина Литаруса 1443 г.

Сообщений 1 страница 20 из 27

1

Дата: Середина Литаруса, 1443 г.
Место: Антерос, правый берег реки Трирога в ее среднем течении, окрестности озера Арджеш/графство Арма.
Участники: Аллиан ре Алви, Рия.
Коротко о главном:  Кто-то подтверждает, меняет, либо вовсе стирает старые границы, тут же рисуя новые. А кто-то, сам того не ведая, пересекает и те, и другие, не догадываясь, что же творится в этот момент у него под ногами и над головой. Пока новый регент княжества совершает визит вежливости к одному из своих вновь обретенных подданных, вершит судьбы мира и развлекается, несостоявшаяся “революционерка” упорно ищет тропку на юг (там тепло, там яблоки!)…

Отредактировано Рия (2014-11-22 11:23:03)

0

2

Северный берег озера Арджеш (Рия уже на второй день знакомства окрестила его про себя Увсой – за чернильную неприветливость заболоченных подходов) оказался топким и уныло-протяжным, как нетрезвая предутренняя песнь подгулявших девок-нелюдок. Вот тебе и заоблачные сказочные дали! 
Проклятая остановилась на краю очередного ртутного зеркала воды и прикинула размеры бедствия: опять в обход… За последние сутки ей уже не раз приходилось “слегка подправлять” выбранный маршрут. Не сказать, что это как-то отражалось на ее Планах: более размытой привязки, чем указание “где-то там, южнее”, придумать было сложно, а потому – сделает ли Рия два лишних шага в одну сторону, либо три сотни в другую, пока особого значения для нее не имело. Главное, - солнце по-прежнему поднималось где-то слева и закатывалось под вечер за взъерошенную щетку леса где-то справа…  Так, шажок за шажком, озеро заставляло ее забирать все восточнее, уходя потихоньку на более приветливый суходол.
Еще через сутки пути Проклятая смирилась с дорогой, словно выбранной для нее самой Эаттой. Слава богине, хоть сверху слезами не умывала: погода откровенно баловала.

Восьмой подорожный вечер застал Рию на подходах к Трирогой. Запахи, звуки, - все буквально так и гнало, тянуло-толкало ее  к логическому завершению дневного перехода: уж если ты пересек водораздел, то дорога может успокоиться, лишь нырнув с высокого берега в речную воду.
Рия зверьком пробралась сквозь прибрежные заросли и уселась на краю песчаной полосы, высматривая из укрытия возможные опасности. Выбравшаяся из предгорий река вилась лениво и прихотливо, разойдясь, словно в кружево, - в сплетение проток и стариц. Спустившись к урезу воды в одной из петель, женщина уже не видела следующей, как и сама становилась не видна возможным соседям. Пронаблюдав минут пять за возней счастливого утиного семейства в камышовых зарослях, Проклятая оставила свое укрытие и сама вышла на берег...
До самой вечерней звезды, видной с этих земель, - как с ладони самого Войры, - словно бы в многократном увеличении, - Рия оттирала тряпье и возилась у берега, опасаясь заходить дальше. Гоняла стайки серебристых мальков, поднимала под водой илистые облака и распинывала волну, наслаждаясь последним теплом ранней осени.  Продолжать путь в тот же день не было уже ни желания, ни смысла.
Еще до темноты Рия вскарабкалась обратно на террасу с котелком, облюбовав на ночевку один из овражков. В какой-то момент вниз по реке пронеслась смутная волна гулкого далекого эха, отчего Проклятая замерла, почти целиком уйдя в переплетенье низких ветвей и вцепившись в дерновину всеми двадцатью пальцами. Будь Рия зверем – не важно, какого роду-племени, - ощерилась бы, прижав высокие шерстистые уши… Но, - было и прошло: волна звуков схлынула, унеслась дальше по течению. Вода в котелке уже закипала, звезды уже продырявили густой глубокий небосвод сотней сотен ярких точек (даже выкидывать такое полотнище прилюдно, - и то стыдно будет), и Рия сдалась. Путешествие, так часто переходящее в бегство, продолжится завтра. На сегодня, - хватит…

Отредактировано Рия (2014-11-22 11:25:27)

+1

3

Графство Арма всегда славилось двумя вещами: прекрасными лесными угодьями и изворотливостью их хозяев. И то, и другое Аллиан познал еще в юношестве. Чуть меньше десяти лет назад одна из отпрысков графа Артемиса де Кросса чуть было не заставила безусого юнца жениться на ней. Но, волею судеб, Эйрем как всегда уберегла сына от раскинутых семейством де Кросс сетей. Но это не помешало отцу семейства устроить скандал и рассориться с ре Алви.
Годы взаимной ненависти не шли на пользу, но тут получилось так, что Аллиан практически уже вытянул "счастливый билет" на княжество, и хитрец де Кросс незамедлительно поспешил наладить с ним почти что разорванные связи. Отказаться от такого было глупо, так как граф Армы держал на коротком поводке добрую четверть всей знати: кого-то шантажируя, кого-то подкупая, и так далее.
За несколько дней в поместье не уступающем в убранстве чуть ли не великокняжескому дворцу новоиспеченный регент пресытился аж до тошноты медовыми речами хозяина, его семьи и прислуги. Хотелось размяться, проветрить голову, ведь с де Кроссом ухо надо держать востро - всё уже было обговорено, надо было лишь назначить условия их сотрудничества, а это надо делать со всей осторожностью.
Охота стала настоящей отдушиной. Весь день регент провел в седле, измотав свое окружение и, особенно, пузатого Артемиса - своеобразная месть за то, что тот хотел запудрить мозг ре Алви.
К закату было решено развернуть стоянку. Всего в пяти-шести сотнях метров протекала река, от которой с наступлением темноты потянуло прохладой. Но сквозь толстое полотно походной палатки регента она не могла пробиться, поэтому внутри было жарче чем днем под солнцем.
Аллиан весь извертелся на подушках. Сон не хотел идти. С раздражением сев на одеяло, молодой человек потянулся к очередной порции "снотворного" - виноградный нектар в очередной раз пробежал по всему телу теплой волной, но не принес долгожданной сонливости.
- Стиш подери эту ночь! - ругнулся регент.
В лагере давным давно все стихло. Аллиан с завистью представил, как в соседних палатках посапывают придворные. Жаль мать осталась в столице - не с кем словом перемолвиться, ведь не со стражей вести беседы о предстоящих государственных делах.
Надев льняную рубашку и излюбленные шаровары, по привычке заправил в сапоги кинжалы и выбрался из палатки. Оба охранника дремали, облокотившись на алебарды. Свежий воздух обдал жаркое тело прохладой. Вдохнув полной грудью, Аллиан посмотрел в лесную чащу. Шальная мысль тут же забралась в его голову: а не прогуляться ли? Охрана не нужна - кинжалы и заряженный амулет "Воздушного щита" послужат хорошей защитой...

Через четверть часа Аллиан дошел до водной ленты, блестевшей ночными светилами. Звездная ночь была ясной, словно специально освещала путь ре Алви. Каждая ветка, куст, бревно были видны также хорошо, как и при очень пасмурном дне.
Но молодой регент не обратил на это особого внимания, будто так и должно быть. Пока он шел к реке, его больше волновало то, что он с легкостью обошел охрану их места ночлега. А ведь де Кросс специально притащил с собой чуть ли не половину гарнизона своего города! "Толку от них, как от козла - молока! Только и могут, что статно высидать на коне, да бренчать при этом латами. Всю дичь растревожили, гады! За целый день попались всего несколько глухарей да тетеревов. Ни оленя, ни кабана, ни даже лисицы!.."
Но все плохие мысли ушли сразу же, как только Аллиан увидел реку. Сняв сапоги, он вытянул веревку из своей своей рубашки, которая тут же распахнулась до пресса. Веревка послужила хорошей перевязью между сапогами - ре Алви перекинул левый через плечо и зашел по щиколотку в течение. Нагретая теплыми лучами вода тут же смыла все лишние мысли, давая молодому человеку насладиться окружающей природой.
"Как же хорошо..." - подумалось ему.
Уходить совершенно не хотелось. Решив, посмотреть, что там дальше вниз по течению, Аллиан, мягко загребая воду, зашагал по звездной дороге.

Отредактировано Аллиан (2014-11-25 05:07:35)

+2

4

Проклятая блаженствовала, растянувшись перед костром и словно провалившись взглядом в раскаленный алый жар. Минута бежала за минутой.
Подсыхающая одежда потихоньку парила над маленьким, словно игрушечным, костерком, расцвеченная его теплыми оттенками. У Рии крашеной одежы отродясь не было… ну, может, в детстве далеком? Все-таки горожанки везде одинаковы – хоть в Верхнем, хоть в Нижнем мире, хоть перед самим Дорраном, - пусть ниточку одну яркую, да повяжут. Еще и красоваться перед тем же Дорраном своим птичьим богатством станут. Так что, может, и у нее когда были цветные пеленки? В маленькой лесной общине травниц ткани не красили: не то чтобы не уважали баловства, просто времени на него не оставалось, увы… Рия пожамкала край обмотки, удостоверилась, что она еще не просохла, и вернулась к созерцанию, поудобнее устроившись на собранном лапнике.
Небеса вот тоже… красуются! Рия отыскала взглядом звездочки Странника, упрямо зовущего на юг.
Три с половиной вечности назад… или уже четыре? Прислушаешься к себе, так кажется, что и вовсе во времена общих сновидений, что не было такого с ней… Когда-то давным-давно Старшая в ответ на бесконечные вопросы своей ученицы, жадной до каждого нового наговора, не раз и не два кормила-забалтывала девчушку сказками о волшебном южном острове, где все и каждый – великий маг и лекарь. Вот, мол, их и мучай, почемучка! А как туда попасть? В небо взлететь, да на юг путь держать. Сто дней прямо, а потом направо. Главное, -  направо не забудь свернуть, дуреха! Не забуду…   

Костер, который отчего-то перестали подкармливать, рассыпался яркими жаркими угольями. Рия сняла с веток-распорок одежду, в темноте быстро пробежалась юркими пальцами по ткани и занырнула в привычный кокон-рассыпуху. Время приближалось к полуночи, земля постепенно остывала. От реки же, напротив, еще тянуло последним теплом. Подхватив из котомки пригоршню собранных днем орехов, Проклятая решила на сон грядущий прогуляться до берега...
Трирогая изменилась. Низкие широкие волны неспешно, но неотвратимо переваливались через прибрежный камень и перетекали друг в друга, проходили насквозь, разбивались о преграды и исчезали. Как будто уходили на глубину, но и там не находили покоя и вновь поднимались наверх. Река внимательно и недоверчиво слушала себя самое. Что-то несли с собой бегущие по небу облака. Вероятно, - осень?
Под влиянием минуты даже далекой от возвышенных материй Проклятой отчего-то взгрустнулось и захотелось подумать о чем-нибудь этаком – о бренности бытия, скоротечности времени, постоять на круглом камушке, глядя на темные волны (главное, в реку не сверзиться, а то заново сушиться придется). Она была согласна даже перестать на пару минут  грызть орехи, так и быть!..
Однако лирика не задалась. Только лекарка взгромоздилась на подходящий для тоскования валунчик, как чуть выше по течению, буквально на той же излучине, послышался плеск, явно сопровождающий чьи-то шаги. Рия по-кошачьи выгнулась дугой, - только что не зашипела,  и стрелой метнулась с открытого места. К сожалению, участок берега, покоривший Проклятую своей живописностью, по части удобства явно уступал более пологим живым склонам, поросшим тривиальной и нетрагичной муравой. Рия с тоской оглядела многоярусные ласточкины гнезда, темнеющие где-то там, в вышине, и поняла, что здесь ей на террасу быстро не подняться. Оставалось притаиться в чахлом пойменном ивняке, молить всех ири о снисходительности и… не дышать, стоически подкармливая ночной гнус.

+2

5

"Стиш возьми!.. и почему я родился именно тем, кем родился?.." - мысленно философствовал Аллиан, загребая воду ногами. - "Начинается кутерьма, из которой можно либо попасть на престол, либо - в могилу. Это будет захватывающая игра, хотя мама ослабила узду после смерти Оливии, что, наверное, к лучшему - стало легче дышать. И все-таки мне не стоит расслабляться, в любой момент может стать горячо... лишь бы не спалить все вокруг!"
Воды реки стали немного холоднее, берега - круче, а дно начало уходить в глубину. Ре Алви оглянулся: река заворачивала в сторону, и там вода казалось вовсе зеркальной - признак того, что глубина действительно была большой. Выйдя на каменистый берег, молодой человек не сразу решил повернуть назад.
"Ладно, о делах подумаю завтра утром, а пока можно уйти от всего этого..." - взгляд пробежал по противоположному берегу.
Ласточкины гнезда словно маленькие ульи облепили весь откос. Аллиан вспомнил, как в детстве он бегал по родовому поместью вблизи Оаклера вместе с другими знатными отпрысками. Одним из излюбленных мальчишеских забав было разорение этих самых гнезд. Тогда в детстве это казалось веселым, захватывающим, с родни азартной игре. Сейчас же это казалось чем-то гадким и злобным... хотя, почему только казалось? Так оно и было, только вот тогда это не поддавалось анализу.
Внутри все противно сжалось. Тряхнув головой, Аллиан выбросил из головы эти мысли, но осадок остался. Он снял с плеча сапоги, взял их за перевязь, раскрутил над головой и перекинул на другой берег. За тем он зашел в воду и поплыл к ласточкиным гнездам.
Выйдя на берег, он словно пес отряхнул с себя воду, убрал с лица волосы и подошел к откосу. Бугорки освещаемые звездами отбрасывали долгие тени. В этом было что-то спокойное, умиротворяющее. Немного сбившееся после заплыва дыхание восстановилась, а лицо впервые за долгое время избавилось от морщин.
Но практически наступившая идиллия между мужчиной и природой была прервана странным звуком прямо под ногами Аллиана.
Он резко перевел взгляд вниз, и уловил ели заметный силуэт. Какое-то средней величины животное.. хотя.. В поле зрения попали лоскуты одежды.
Сделав пару осторожных шагов назад, Аллиан немного согнул ноги и вгляделся в силуэт.
- Эй?.. Ты там живой? - тихо проговорил он, прикидывая, как быстро он сможет выхватить кинжалы в случае нападения.

Отредактировано Аллиан (2014-11-27 06:39:05)

+1

6

“Средней величины животное” готово было… да что там – просто-таки мечтало уйти в этот момент под землю! Вместе со всем своим имуществом и недогрызенными орешками, вместе с прозой, лирикой, круглолицей улыбающейся луной и дурами-ласточками, благодаря которым высящийся в темноте склон по числу обитателей мог бы поспорить с грязными ремесленными  окраинами Карбо по осени… 
- Эй?.. Ты там живой?..
В ответ на прозвучавший откуда-то свыше вопрос женщина не могла не признать про себя тот факт, что, покамест,  - “живой”! Однако вступать в дискуссии по этому, кстати, - весьма интересующему ее вопросу, Проклятой отчего-то не хотелось. 
Если тебя нашли, прятаться дальше особого смысла нет, это вам объяснит любой малец со стажем игры в прятки. Ибо далее остается только одно, - что есть мочи дуть к заветному месту, пока тебя не осалили, и громче громкого орать о том, что ты первый. Однако сделать это не так-то просто: для начала нужно все-таки признать, что укрытие оказалось так себе,  затем – решиться выскочить из норы… В сложившейся ситуации Рия явно демонстрировала недостаток силы воли и отваги, из последних сил вжимаясь в глинистый влажный откос. Впрочем, целительницы в общине в прятки играли… не часто, так что Проклятой приходилось придумывать “правила игры” прямо по ходу действия.
Затравленно оглядывая мерцающую в лунном свете речную рябь и неширокую полосу прибрежного галечника, Рия, выражаясь витиевато и пафосно, как то порой пытались делать в штабных палатках Клинка, осознала пару печальных моментов. Во-первых, неприятель, кто бы он ни был, уже до начала боя захватил “господствующие высоты” (если только здоровьицем лекарки не интересуется откуда-то из поднебесья один из богов). Во-вторых, куда бы травница сейчас не рванула из кустов, бежать ей все равно по “линии огня”… На этом тактический талант Проклятой, слава богам, иссякал, но ей и промелькнувших на рысях мыслей хватило, чтобы закручиниться не на шутку. По всему выходило, что из всех возможных решений за Рией оставалось одно-единственное: ждать! Может, решат, что померещилось, али издохла таки зверушка? Может, разумно побоятся по темноте лезть в кусты за непонятным зверем? Может…  Да мало ли что еще может быть! Сейчас вот настоящая зверушка с другой стороны как выпрыгнет, как выскочит!
От напряжения Рийка так сжала кулаки, что чуть не раздавила несчастные орехи. Вовремя спохватилась, разжала ладонь, рассыпав лакомство, и подула на побелевшие пальцы: все-таки воитель из нее тот еще... Но лучше стоящему наверху об этом даже не догадываться!

+1

7

В молчании прошло достаточное количество времени. Звездная ночь да и долгое нахождение без света помогли глазам Аллиана быстро приспособиться к сумеречному покрову.
Силуэт долго не двигался, но молодой человек сумел рассмотреть напряженную позу, в которой он замер.
"А может, и не замер... может, этот бедолага давно уже окочурился, а я разговариваю с костлявым трупиком?..."
Но эти подозрения не увенчались успехом: силуэт двинулся, высыпав что-то на землю. За тем он поднял тонкую как ветка руку к тому месту, где вроде как находилась голова.
"Может, боится?" - подумалось регенту, и он начал медленно поднимать руки.
- Эй, видишь? Я без оружия, и не сделаю тебе больно. - попробовал выманить существо из норы. - Слово даю. Может тебе помочь чем?
Аллиан действительно был настроен более-менее дружелюбно. Казалось, что эта ночь может стать занимательной и разбавить придворные интриги общением с кем-нибудь из совершенно другой сферы, пусть даже из очень приземленной, если такое будет.

Отредактировано Аллиан (2014-12-05 05:03:44)

+1

8

Рия старалась дышать через раз, но получалось плохо: сердце, хоть и мелкое, соразмерно хозяйке, -  трусливо, по-заячьи, скакало так, что только вперед! И, вдобавок, буквально выбивало набат внутри колокола ее головы (“…очевидно, - пустой, как раз под случай!”). Тут, как ни старайся, как ни сдерживай внутреннюю многоголосицу, - все равно, хоть сиплым вздохом, да прорвется наружу.
Минута, другая…
- Эй, видишь? Я без оружия, и не сделаю тебе больно…
Очевидно, призывы Проклятой к равнодушию рода людского остались не услышанными (“А ведь сколько говорено, - мол, - нелюбопытны и осторожны! Как же…”): судя по всему, собеседник не спешил покинуть край террасы, ожидая ответа. Значит, ири упорно не желали игру заканчивать. А насколько было бы спокойнее и проще, если б дорожки путников не пересеклись, если бы они хоть на минуту, хоть на полминутки да разминулись!.. Мысленно выставив богам счет за такие развлечения, Рия отлепилась, наконец, от откоса, как могла, вернула себе себя, - вытерла слегка подрагивающие руки о край рубахи, пригладила влажные всклокоченные космы, - и тихо, шаг за шагом, вышла из-под обрыва на галечник. …о, Фрид всемилостивая, от неба до неба, защити детей своих. Не по злости, но по неразумению. Не по корысти, но по слепоте. Фрид, всемилостивая, всепрощающая, от неба до… 
Луна, словно площадной фонарь, мгновенно выбелила и очертила Проклятую, как на картинке, - даже контур сделала почетче: бей, - не промажешь! Сама того не осознавая, Проклятая, будто в ответ на жест собеседника, развела распахнутые пустые ладони в стороны. Не то в попытке подтвердить чистоту помыслов, не то  - судорожно пытаясь нащупать край этого импровизированного помоста и спасительную тень. Безрезультатно… ...и воздастся сторицей оправданным, и воздастся осужденным. И да укроет твоей милостью…
Может, она и шептала что-то, пытаясь через каждый вдох и выдох утихомирить свое трусливое сердце. Хотя, кажется, все же нет: слишком много для одной минуты напряженного ожидания…  Чернильная тень-предательница утекала от ног хозяйки по галечнику в темную воду и, спрятавшись на волне, тихонько плескалась, будучи уверена в своей безопасности. Ну что ж, пусть хоть кто-то будет спокоен!
- Здравствуй, путник…
На фоне белесого лунного диска черты собеседника были едва различимы: ни живых глаз, ни даже рук и ног, - одна высокая тень столбом. К такой поднеси свечу, запросто найдешь, хоть севших друг на друга сорванцов под отцовским плащом, хоть голодного детеныша тролля, - тут уж как повезет. Или не повезет.
- Думаю… мне не нужна твоя помощь.
“Странное ощущение, будто со стишами торгуюсь. Еще чуть, и попросят в залог мирного продолжения пути то, что – за неимением собственного дома - в своей суме не знаю-не ведаю!”

+1

9

Силуэтик неохотно, но все же покинул свое укрытие, превратившись под лунным светом в невысокую худощавую девчушку. Острые черты лица делали его несколько старше, поэтому Аллиан мысленно определил возрастной диапазон: от четырнадцати до двадцати лет. Худоба и потрепанная, хоть и чистая, одежда говорили о том, что девушка совсем нищенка, а потерянный взгляд и несчастно поднятые ручки наводили на мысли о неуместном появлении мужчины на ее бродяжкином пути. Но вот то, что она решила перед тем, как выйдет на свет, поправить одежду и некое подобие прически, пробудили в молодом регенте самый неподдельный интерес.
Голос полуночной незнакомки был сбит не то из-за страха, не то из-за некоей болезни (бродяги, как водится, редко могут похвастаться здоровьем), не то из-за чего еще.
- И тебе здравствовать - опустив руки, поздоровался Аллиан.
Словно выточенное из мрамора личико с огромными блестевшими луной глазами показалось ему даже живописным. Вспомнились гравюры из старых книг, в частности те немногие, на которых были изображены умбрийские знатные вампиры...
- Ну, если не нужна... - он даже немного расстроился.
Подойдя к валявшимся на берегу сапогах, он нагнулся, поднял их, отряхнул от мелкого галечника и повесил как прежде - на плечо. И тут в голову пришла очень интересная идея...
- Может, тогда вы сможете мне помочь, ночное видение?
Он встал так, чтобы хоть часть его лица была видна под светом луны.
- Не часто мне везет повстречать такое потустороннее существо. Скажите, вы случайно повстречались на моем пути? Или тут среди гнезд спрятались ваши братья и сестры, ожидая подходящего момента, чтобы наброситься и забрать сбившегося с дороги путника в свою волшебную стану?
Говорил он негромко, серьезно, а на лице можно было разглядеть некое подобие удивленного интереса.

Отредактировано Аллиан (2014-12-07 02:23:37)

+1

10

Вот те раз, приехали! От неожиданности Проклятая захлопала глазами и уронила на подол тощие руки, еще минуту назад пытавшиеся обхватить саму луну, висевшую блюдом напротив.  Из головы с веселым посвистом вылетели даже те жалкие обрывки молитв-обращений к Всемилостивой, что лекарка зубрила, еще будучи сопливой воспитанницей, - в качестве наказания за зря растраченное леерово масло или, скажем, за просыпанные семена пастушника…  Воистину, у каждого свой мирок: один ждет в лучшем случае пинок, а то и металлическое перо под ребра, а другому, баловню судьбы, – все нипочем! И даже стиш, оказавшийся на его пути, не имеет особого выбора: пакостить, - пожалуйста, но только по пути в волшебную страну!
Проклятая выдохнула, отмечая, что заячий бег трусливого сердца потихоньку затихает, руки уже не холодеют, а ноги слушаются и повинуются, и даже мимоходом усмехнулась собственным реакциям: “Такую и жалеть-то не хочется. Не в этой канаве, так в следующей…” 
Ее Собеседник – человек-без-имени-и-почти-без-лица -  по-прежнему, совершенно не таясь, стоял на береговом валу. Словно изваяние - в память о себе самом. Странную и не понятно - чью память, на речном берегу, где-то в лесной глуши. “Все верно, - холеное, здоровое, радующееся полноте жизни существо. В движениях – ни намека на хворь, ни слабого отголоска боли и болезни! Его не мучили, не травили, не морили…“ Как лекарь, Рия залюбовалась своим нежданным “визави”… как Проклятая, на секунду, - горько и черно, аж до жжения где-то у позвоночника, позавидовала. Впрочем, было и прошло.
-Тебе так не хватает ночных потусторонних существ и приключений? – женщина  демонстративно покачала головой, мол, - эх, молодежь-молодежь, и когда ж вы научитесь ценить покой? Впечатление от сетований чуть портил по-прежнему внимательный цепкий взгляд, и – явно сквозящее в нем любопытство, нахально и легкомысленно потеснившее страх.
- И каких же таких сестер-братьев ты ожидаешь здесь найти? – Рия, окончательно успокоившись, приблизилась к основанию склона и внимательно его осмотрела, временами пробуя босой ногой то один, то другой выступ, - Наверное, лесных или речных жителей, да? Таких легеньких, чистых, с крылышками… и чтобы все переливалось, отовсюду смех… 
Опора под левой ногой Проклятой предательски поплыла. Лекарка вполголоса помянула стишевых родственников до третьего колена и резво запустила руку в одно из покинутых птичьих гнезд, заполучив пару драгоценных мгновений. Шаг, другой, скачок… Поднялась она невысоко, - на метр, не больше, но край склона все же приблизился, а надежда, - она такая… такая живучая…
“Как мышь или лягушка в кувшине молока, ей-ей!”
Рия поспешно вытерла о подол заляпанную глиной руку и, сколько могла, вытянула ее вверх ("Эх, достать бы до небес, до облаков!"): - На твое счастье, путник, мои сестры заняты другими, баньши редко собираются вместе. И тебе я, скажем так, помогу, - я не буду сегодня кричать, возрадуйся! Но – долг платежом красен… - женщина постаралась изобразить что-то вроде милой улыбки, поигрывая пальчиками в воздухе:
- Не поможешь ли ты доброй, уставшей баньши забраться таки по этой глиняной горке?

Отредактировано Рия (2014-12-09 10:09:27)

+1

11

Шоковая терапия удалась: девушка пару мгновений хлопала непонимающими происходящего глазками. Даже ручки-веточки словно от сильного порыва ветра упали по бокам субтильного тельца.
"Отомри, бедняжка." - мысленно попросил Аллиан. "- Я всего лишь хочу перемен. Пусть недолгих, пусть краткосрочных, но разительно отличающихся от всей этой кутерьмы в высшем свете... Дай мне шанс побыть собой..."
Словно подслушав его тайные помыслы, девушка начала меняться в лице. Исчезло чрезмерное напряжение, маленькие мышцы под тонкой кожей расслабились, а губы сложились в легкую улыбку, делая облик девчушки еще более каноничным. Наконец, она произнесла уже совершенно другим голосом:
- Тебе так не хватает ночных потусторонних существ и приключений?
Аллиан внутренне возликовал. Странно, казалось бы, что тут такого: всего-навсего склонил встреченную в темном лесу девушку к началу разговора. На его памяти и не такое бывало... Но ощущение было, будто самолично спас мир от всепоглощающего Зла. Хотя, как знать, может действительно он спас эту маленькую путницу от скользкого, холодного, противного чувства страха, которое он сам же в ней и породил...
- Наверное, не хватает... - все также спокойно и тихо ответил регент, но его слова словно слились с звуками течений реки, поэтому он не знал, долетели ли они до маленьких ушек новоиспеченной незнакомки со всей той искренностью, которую он не старался скрывать.
Он молча наблюдал за тем, как девушка двигалась, прислушивался к ее речи, кстати, для бродяжки слишком книжной и правильной, хоть и с неизвестным ему говором.
"Баньши, значит?" - усмехнулся ре Алви. - "А она не без чувства юмора! Прямо таки вцепилась в идею игры в волшебный мир... Чтож, спасибо богам, что мне сегодня не спалось..."
- Так все же, помощь лишней не будет, госпожа банши? - ухмыльнувшись, он подошел к вытянувшейся журавликом незнакомке.
Силуэтик был таким хрупким, тонким, чуть ли не прозрачным, если не обращать внимания на лохмотья. Внутри что-то кольнуло. Не сказать, что это было умиление, скорее что-то похожее на то чувство, когда смотришь на котенка... Ну вот что это за идиотизм? Девушка, пусть и не леди, но просит о помощи, а ты вперился в нее с глупейшей миной на лице!
Скептически осмотрев склон, Аллиан отметил, что в некоторых местах земля слишком рыхлая, но все-таки можно подняться наверх, цепляясь за каменистые выступы. Обойти же склон не представлялось возможным - по обе стороны от него река подходила прямо к откосу, подточив обрывы.
- Если настроение действительно не крикливое, то прошу.. - он протянул руку к девушке.
Он знал, что от него несло вином, но после купания в реке, он практически полностью протрезвел, и теперь смотрел на девушку совершенно чистым взглядом.
А та все еще стояла не двигаясь, и блестя своими огромными глазищами. Делать было нечего - Аллиан буркнул извиняющуюся фразу, легко поднял тельце одной рукой, водрузил себе на плечи а-ля воротник, и начал карабкаться вверх.
Особого недовольства со стороны ноши он не ощущал. Видимо, "баньши" немного прифигела от столь непочтительного обращения. Либо же имела сказать и сделать регенту разные "фи", но уйдя в подъем с головой, молодой мужчина не слышал возражений да ругательств, и из-за практически нулевого веса девушки не чувствовал особого вертляния на шее, лишь что-то вцепилось в волосы на затылке и в рубашку у левого плеча. Да сапог сзади постукивал в спину при резких движениях.
Через несколько минут двое совершенно незнакомых людей стояли на вершине.. Ну, как "стояли": один стоял и отряхивал руки, а вторая обвившись вокруг его плеч готовилась вновь дать встретиться голым ногам с матушкой-землей. Но тут со стороны леса донесся клокочущий рык. Оба, и мужчина, и женщина, повернули голову в сторону звука, тут же прекратив все свои дела. Словно застыв, они наблюдали как среди стволов деревьев появились светящиеся желтыми щелками глаза ночных хищников - две пары, одна чуть ниже, другая чуть выше. Воздух снова прорвал рык, унесся с откоса к водам и разошелся над ними недружелюбным эхом.
Аллиан медленно присел.
- Слезай, крикунья. - шепотом произнес он, смотря на огоньки и на ощупь доставая из сапога кинжал. - Сними с плеча обувь, там есть еще один - возьми его.
Пока животные практически синхронно, судя по глазам, пробиралось к свободному от деревьев месту, молодой человек привстал.
- Будь позади.. нет, лучше спускайся обратно. Если что, беги к реке и уплы...
Он не успел договорить, как из тени леса на него прыгнула огромная кошка. Аллиан только и успел сгруппироваться и в кувырке уйти прямо под задние лапы хищника. Опасаясь, что животное набросится по инерции на "баньши", он на автомате схватил за длинный хвост, который к удивлению оказался чешуйчатым. Зверь повернул оскаленную морду на Аллиана, испепеляя его всеми четырьмя глазами.
Времени на удивление и размышления не было, увернувшись от смертельного удара передней лапы с мощными когтями, мужчина отключил восприятие окружающего мира, полностью перестроившись на бой. Несколько прыжков неведомой твари, несколько пируэтов, откатов, неудачных попыток проколоть чешую, и вот Аллиан решился на откровенное безрассудство: отманив тварь ближе к лесу, он остановился под деревом с ветвистой кроной. Кошка-рептилия присела, готовясь к прыжку. Мгновение, и мужчина, изловчившись, прыгает на нее за мгновение до того, как чешуйчатое тело спружинив вытянулось в низком полете над землей. Озлобленная пасть с двумя парами глаз клацнула зубами чуть выше левого бедра, но не достала и свалилась на землю. А Аллина в это время схватился за ветку, подтянулся, и очень вовремя подтянулся - многоглазый монстр почти достал до его ноги лапами в обратном прыжке. Молодой человек юрко крутанулся вокруг сука и упал прямо на спину животному. Всеми силами пытаясь удержаться, он нащупал в гриве место без чешуи и со всего размаха вонзил туда кинжал. Лезвие, разрывая плоть вошло в черепную коробку в том месте, где начинался позвоночник.
Тварь ужасающе взвыла, сделала несколько извивающихся прыжков, но регент удержался на ее хребте, хотя задняя лапа каким-то диковинным образом смогла дотянуться до его поясницы и оставить порезы. Но в итоге схватка закончилась - чешуйчатое существо застыло на земле, подняв перед этим в ночной воздух огромное количество пыли, щепы и прошлогодней листвы.
Аллиан, скатившись с бездыханной туши, распластался рядом, не в силах сразу же встать на ноги. Адреналин сотрясал все его тело, расходясь мелкой дрожью по конечностям. После недолгой тихой паузы, воцарившейся на поле битвы, молодой человек повернул голову к утесу, но никого не увидел.
- Эх, баньши-баньши... - с грустью выдохнул он.
Но тут от склона послышались легкие шажки..

Отредактировано Аллиан (2014-12-10 21:15:47)

+1

12

Госпожой, пусть и нечистой баньши, Проклятую не называл никто и никогда, даже с самого страшного перепою. Впрочем, переубеждать парня Рия не стала: ибо, как водится, - хоть горшком назови, токма в печь не ставь!
Дальнейшие действия своего собеседника женщина восприняла, на удивление, также весьма спокойно, руководствуясь сходным по степени пофигизма жизненным принципом, одинаково удачно подходящим к незлобливому и не шибко вредному ишаку, своенравной Эдде, и, временами, как выяснилось, - симпатичным молодым мужчинам: везет, - да и ладно! 
Край склона приближался медленно, но неотвратимо. Если не обращать внимания на героические рывки и зигзагообразную траекторию перемещений паренька, то подъем можно было назвать вполне приятным. По крайней мере, у Рии даже нашлась свободная минутка, чтобы воздеть очи к небесам и отметить, что облака несутся куда-то на юг со все возрастающей скоростью: что-то к утру надует, не иначе.
Попытки Проклятой узреть грядущее (по крайней мере, по части дождливо/солнечно) были прерваны третьим-лишним, который утробным рыком, судя по всему, требовал себе очередной кормежки. “Вот тебе и ночные приключения, о герой! Но я-то тут при чем??? Я же просто мимо шла, орешки грызла!...” Успокоившееся было сердце совершило очередной невообразимый кульбит. Что интересно, самой лекарке на краю склона пришлось вытворить почти то же самое: прытко спустившись с “извозчика”, Проклятая стянула у него со спины связанные сапоги, приняла столь благородно предложенное оружие… и покатилась по глине назад! Пожалуй, даже захоти невиданный зверь сожрать Рийку первой, он вынужден был бы побороть весьма грозного соперника, также претендующего на тело жертвы, - гравитацией! К сожалению, ни аэрфитовым шилом в пятой точке, ни белыми крылами Проклятая не обладала, а потому, исполнив на береговом валу в лунном свете пару чудовищных па, таки заскользила навстречу галечнику.
Покорно совершив половину пути, женщина вспомнила, что руки ее не пусты, и отчаянно замолотила конечностями в воздухе. Благородный металл кинжала (ах, знали  бы придворные хранители оружейной палаты ре Алви, какие испытания и унижения ждут их подопечных!) с чавканьем вошел в глину и застрял. Будь у него возможность разговаривать, вероятно, он немало бы высказал в тот момент вцепившейся в него мертвой хваткой грязной оборванной побирушке! Но кинжал молчал, возможно, ощущая, как выше по склону его собрат близок к живому теплу напавшего недруга.
Связанные сапоги, перекинутые через какой-то чахлый куст, помогли легковесной новоявленной верхолазке мал-по-малу добраться до края склона,  - как раз вовремя, чтобы засвидетельствовать безоговорочную победу добра над злом.
- Эх, баньши-баньши...
- А что – “баньши”? – быстро прикинув, что к чему, лекарка деловито зашлепала к “воителю”. Особо серьезных повреждений не было, это чувствовалось издалека, но, на взгляд Рийки, на таком холеном образчике даже царапина была бы неуместной!
-Лежи, молчи, - присев рядом, женщина перехватила холодными измазанными в глине пальцами запястье мужчины, начерно приглушив боль, - И чего в этом лесу не спится никому, а?!
Вопрос был явно риторический.
- Теперь вертайся! – лекарка помогла новоявленному пациенту занять требуемое положение  и отлепила рваный край некогда такой белой и – ей-ей! – дорогой рубахи от рваной раны. Ничего страшного, конечно, и все же… Задумчиво оглядев собственную измазанную в глине одежу и руки, достойные подмастерья гончара, Рийка прищелкнула языком, нахмурилась и деловито вытерла лапцы о рубаху парня: все равно не заштопать уже холстинку! После чего положила холодные ладони по краям раны и чего-то зашептала по старой знахарской привычке, ожидая, когда утихомирится и замкнется разгоряченная кровь.
- Теперь сиди, отдыхай! У меня здесь рядом кострище со всем необходимым, минут через пять вернусь. Надеюсь, зверушка была не стайная… кстати, - о зверушке!
Женщина присела на корточки перед остывающей тушей. Чешуя на звере была крупная, жесткая. Несколько чешуек на хвосте и боках оказались щербатыми: трещины шли от зазубренных краев к основанию и прятались под следующим рядом брони. Видать, зверь по жизни обладал весьма буйным норовом и не раз и не два сходился с достойными противниками, что, впрочем, в конце концов его и подвело. “Ее”, – мысленно поправила себя Проклятая, оглядывая ряд сосцов на брюхе зверушки, - “Хорошо хоть, что не кормящую порешили, и то вперед…”
Никакого подобия жала на хвосте Проклятая не нашла – ну, что ж поделать, не мантикора им досталась, не мантикора… Лекарка даже искренне пожалела, что не видать ей теперь ядовитых желез, благополучно опустив тот факт, что противостояние даже с этой милой киской вполне могло принять совсем иной оборот: так ведь, что было, - то прошло! Доблестный воин, вон, сидит на травке, почти целехонький, а желёзки-то, похоже, отсутствуют, отсутствуют…
Ничего подобного Рия не знала и уж тем более не видела… Вернее, - будем точны! – ничего точно такого же Рийке встречать не приходилось. А так – ну, что ж? Кошек мы не видали, что ли? Как мог бы написать в аналогичной ситуации единственный автор ее, Рийкиной, личной вселенной – достопочтенный Азелл Благостный, - “… а сия паразитарная живность известна слабо и токма в одном единственном случае была честными людьми засвидетельствована, когда деревенский дурачок Петер сам собою оделся на вилы, обратив вместе с оной тварью все свое нутро внаружу. Хотя, говорят, понять и разглядеть там что-то было уже зело мудрёно .”
Решительно потерев ладошку о ладошку, и даже для вида поплевав на оные, лекарка медленно пошла вкруг чужой добычи, внимательно оглядывая, а порой и ощупываю тушу зверя.
- И что, парень,  думаешь теперь с нею делать? Твой ведь трофей, - Проклятая не могла этого не признать, хотя мысленно уже прикидывала, что еще помимо ядовитых желез можно было бы позаимствовать у кошечки.

+1

13

"А девчушка то не смылась!.." - настроение молодого регента сразу наладилось.
К его удивлению эта странная бродяжка оказалась целительницей! Когда она сказала ему молча лежать и начала что-то бормотать, интерес к этой персоне зашкалил все показатели. И самое приятное тут было, что Аллиан впервые посмотрел на женщину как на человека, а не как на объект для прелюбодеяний. Ощущение ему понравилось. Он почувствовал себя свободнее и совсем уж расслабился, тем более, что силы знахарки практически изгнали тянущую боль ран.
- Теперь сиди, отдыхай! У меня здесь рядом кострище со всем необходимым, минут через пять вернусь. Надеюсь, зверушка была не стайная… кстати...
Эти слова заставили мужчину взглянуть на кото-ящерицу. Баньши охваченная любопытством вилась вокруг туши, словно очень педантичная мушка - тщательно подбирая место для приземления. Аллиан еще никогда не видел, чтобы девушка с таким интересом, без брезгливости и страха рассматривала мертвое чудовище... Ну, его мать, спокойно наблюдающая в катакомбах за пытками шпионов и Проклятых, не в счет - у леди Эйрем стальные нервы. "Что же ей пришлось пережить, что она не боится таких тварей, пусть и мертвых?.."
- И что, парень,  думаешь теперь с нею делать? Твой ведь трофей..
И действительно, что-то надо делать. Сев в пожухлой листве, Аллиан стал разглядывать голову монстра. Тут же в памяти всплыли страницы старого сборника "Всея фауна", который он самостоятельно пролистывал в детстве.
- Вроде, это Кавруд... - задумчиво произнес он. - Странно, что в лес забрел, обычно он по горам лазает да степям.. Толку от него мало: ни желез, ни ядовитой секреции, слава Богам, у него нет, мясо в еду плохо годиться. Разве что чешуйчатая шкура.. Давным давно из нее была мода броню делать, но сейчас латы стали гораздо прочнее, так что даже не знаю, что с ним делать.
Молодой человек попытался встать.
- Если тебя что заинтересовало, госпожа баньши, ты бери, не стесняйся. Я не из тех, кто трофейные головы по стенам развешивает.

Отредактировано Аллиан (2014-12-21 03:59:29)

+1

14

Последняя фраза настолько живо напомнила Рийке некоторые обстоятельства ее знакомства с парнем, что даже заставила на некоторое время отвлечься от осмотра добычи. Фыркнув и демонстративно утерев вымазанной в глине пятерней воображаемый пот со лба, лекарка широко улыбнулась спасителю:
- О, герой, ты даже представить себе, наверное, не можешь, насколько же я рада, что ты таким собирательством не увлекаешься!
Своя голова казалось лекарке пока еще вполне уместным дополнением к ее же, лекарской, тушке, и ни в каком ином обрамлении не прельщала. "Впрочем…" Женщина подхватила обеими руками лобастую голову зверя и с трудом повернула на себя, словно собиралась  пожурить нашкодившую кошку… или загривок ей ласково потрепать, и с интересом заглянула в остекленевшие глаза хищника. Все четыре. "Впрочем, и я – не кавруд. Мордой не вышла!"
- Стало быть, не ядовитый?.. – будь перед Рийкой бурый волк, она бы, не задумываясь, давно уже взрезала остывающему зверю вены на шее и вдоволь напилась живой еще крови: в Нижнем мире, не баловавшем своих детей щедрыми дарами, все шло в дело, до последней капли. По крайней мере в общине травниц добру пропасть не дали бы… Но предсмертный оскал чешуйчатой кошки отчего-то не внушал Проклятой особого доверия. Значит, пойдем другим путем!
- Пять минут, - снова пробурчала травница куда-то перед собой и утопала в темноту, до кострища. 

На край террасы Рийка возвращалась уже почти как домой: за полчаса этот пятачок пространства успел столько всего подкинуть, что переплелись, - не расплетешь. Задумайся Проклятая, каким же он ей сейчас видится, и нарисовалось бы что-то невероятное, наподобие ветвистого дерева, али рогов: из одной маленькой неприметной точки – куча проблем и забот. "Ну, что ж, значит, будем решать все по порядку, ночь впереди длинная!" - решила лекарка и генеральским шагом, сверкая босыми пятками, направилась к пациенту, на ходу ловко обшаривая походную котомку.
Усевшись на колени перед парнем, Рия, наконец, вынула руку из нутра щедрого мешка, разжала пригоршню и придирчиво осмотрела содержимое:
- Стишево племя! Вроде бы ведь только что находила! Сейчас, подожди секунду! - рука снова полезла в нору, а сама лекарка устремила взгляд куда-то к звездам, от усердия скроив редкостную мину. Второй “улов”, судя по радостному возгласу женщины, оказался куда удачнее. Проворно сдув с распахнутой ладошки мусор и перья, Рия выбрала толстый темный стебель, поскребла его ногтем, оттирая еще какую-то налипшую массу, и гордо презентовала “больному”:
- Держи! Сто бед, - один ответ.
Заметив некоторое замешательство пациента, травница тоже внимательно присмотрелась к снадобью, но, не приметив ничего подозрительно, пожала плечами и, хохотнув, вложила мясистый стебель в руки подопечного:
- Не стесняйся, грызи! Ммм… Как водится, на вкус, - мерзость редкостная, но ты главное кожуру выплевывай, и все хорошо будет.
Уже подсаживаясь к туше с котелком и одолженным благородным металлом в руках, лекарка, через плечо продолжала инструктировать: - Побочных эффектов быть не должно…  - заинтересованно и оценивающе оглянулась на парня и добавила, чуть улыбнувшись каким-то своим воспоминаниям: - Ну, вроде бы. Но если что необычное заметишь, буду благодарна за подробное описание!
Руки меж тем уже пустили зверю кровь: котелок постепенно заполнялся густой темной жидкостью и тяжелел. Проклятая довольно похлопала черный металлический бок посудины: кавруд, мавруд, понимаешь…  До утра все что угодно уварится, лекарка не спешит!

+1

15

Несмотря на недавнюю смертельную опасность, его новая знакомая очень быстро вернулась в самое доброе расположение духа. Поглядев какое-то время на морду кавруда, она навострила голые ступни куда-то в чащу, что-то буркнув себе под нос. Молодой человек не то чтобы почувствовал себя брошенным, но как-то уж совсем не хотелось вот так резко расставаться с ночной бродяжкой. И все-таки он решил не идти за ней, подсознательно чувствуя, что это еще не конец их приключений.
Как не старалась Эйрем сделать из него стального человека без лишних эмоций, но чем старше Аллиан становился, тем меньше на него влияла мать, и тем больше пробивалось его природное добродушие, которое раньше он считал полнейшей чушью, да и слабостью в придачу...
Кусты зашуршали, на поляне опять появилась его маленькая баньши, таща в ручках маленький котелок и обветшалую суму. Покопавшись в последней она протянула ему что-то непонятное.
- Не стесняйся, грызи! Ммм… Как водится, на вкус, - мерзость редкостная, но ты главное кожуру выплевывай, и все хорошо будет.
Вложенный в руку предмет оказался каким-то корнем. "Наверное знахарское лекарство..." - понял Аллиан.
- Спасибо, Банш. - поблагодарил он девушку и назвал тем именем, которое ему казалось более созвучным с ее образом.
На вкус корень действительно оказался несахарным - вязкий, горьковатый, с травянистым привкусом.
- То есть побочные действия могут быть?.. - рассмеялся регент.
Почему-то его стало очень забавлять то, что он видел и слышал.

Отредактировано Аллиан (2014-12-30 00:49:13)

+1

16

-Хм… ну, вообще, я только предположила, ибо не все еще успела на вашем брате опробовать. Но боль уйдет точно, не волнуйся. Да и коли будет что неожиданное, то так – побаловаться разве что, - признаться, Проклятая не горела желанием ставить сейчас эксперименты…  Мысль про побочные эффекты для организма не-Проклятого настигла ее в последний момент, уже, можно сказать, на излете. 
С тяжелым вздохом лекарка оглянулась на собеседника и отметила чуть расширившиеся зрачки и резко возросшую общительность парня. Экие же они тут все-таки быстрые! Учтем… Торопливо подвесила котелок над занимающимся огоньком и вернулась к пациенту: облапала запястья, заглянула в глаза, разве что только патлы не пожевала и не обнюхала. Парень почти не сопротивлялся, только негромко посмеивался над знахарским “осмотром”. От вялой попытки влепить ей щелбан, лекарка легко увернулась и оставила, наконец, пациента в покое.
Вроде все в норме. Реакция проявляется, конечно, гораздо раньше (что интересно), но, кажется, помягче. Главное, чтобы ухудшения резкого не было. Но за этим уж она проследит. А забавно все-таки получается. Такие сильные и, одновременно, такие слабые…
-Так, корешочек я у тебя, пожалуй, все-таки отберу. Хорошего понемножку: уж больно живо ты у меня на него реагируешь. В остальном, - все в норме. Поверь травнице, парень. До свадьбы заживет!
Рия забрала верный корешок латакии, до времени запрятав его в широкий рукав, и вернулась к подогревающемуся вареву. Отломленная ветвь, призванная заменить на время трапезы поварешку, медленно, с трудом взрезала быстро густеющую жидкость. Проклятая облизнулась и педантично сбила с ветки капельки обратно в котелок:
-Так, сейчас еще щавелечком заправим!.. Жаль, сыра нет под рукой, да?  - женщина подмигнула парню, не ожидая, впрочем, полного взаимопонимания:
-Могу предположить, что ты голоден. Так что, - уж не побрезгуй. Тем паче, что вот это – Проклятая ткнула в направлении кострища, - оччччень полезно!
Не переставая что-то мурлыкать, Рия стянула котелок с огня и через край наполнила извлеченные из походного мешка верные плошки. В последнюю минуту наклонила котелок чуть сильнее и сплеснула часть ужина прямо в огонь, с удовольствием поведя носом над резко зачадившим пламенем.
- Не рыпайся, сама сейчас все принесу! – привычно и ловко подхватила емкости и подсела поближе к пареньку. Поставила сначала гостевую плошку, потом свою. Запах от варева шел непонятный, какой-то кисло-сладкий, но не сказать, чтобы совсем уж тошнотный.
Рийка звонка хлопнула в ладоши, поклонилась сотрапезнику и с нескрываемым удовольствием, оглаживая худющий впалый живот, подняла свою миску. Долго ее уговаривать не нужно было: с шумным журканьем половина порции была уничтожена в первые же мгновения.
- Ах, хорошо! Ешь давай, - Проклятая чуть отвела плошку в сторону и внимательно глянула на парня, с некоторым даже удовольствием подмечая привычные симптомы:
- Ну что, жизнь прекрасна?

Отредактировано Рия (2014-12-31 15:41:29)

+1

17

В голове все сделалось каким-то ватным. Аллиан понимал, что это воздействие лекарственного корешка, но это его в высшей степени забавляло. Он прямо чувствовал, как управляет своими глазами, направляя взгляд то на одно, то на другое. Руки тоже стали невесомыми, совершенно не ощущали движения воздуха, словно плавали в каком-то вакууме. Что уж говорить про раненую спину - о ней он вообще позабыл.
"Ну, вот, а я все переживал, что не пьянею от вина..." - подумалось регенту, и он тутже заулыбался тому, как все хорошо складывается.
А бродяжка-лекарка тем временем что-то ворковала у костерка, а затем подошла к нему и со знанием дела начала его ощупывать. Прикосновение ее тонких пальцев-веточек щекотали его кожу - еле удержался, чтобы не расхохотаться.
И терпения хватило ненадолго: тихо хихикнув, он ни нашел сделать ничего другого, как щелкнуть пальцами по маленькому лбу девушки. Но та парировала удар, словно отмахнулась от надоедливой мухи и отобрала лекарство, от которого Аллиану сделалось так хорошо и прекрасно. Он сильно возражать не стал, тут же нашлось очень занятное дело: рядом с его рукой лежал прутик с двумя желудями. Помнится, с этими желудями можно было сотворить что-то очень полезное... Поискав взглядом вокруг себя, молодой человек заприметил пару подходящих веточек. Уйдя с головой в создание желудевого человечка, он не до конца понимал, что ему говорит лекарка, превратившаяся в лесную кухарку. Фраза о сыре заинтересовала его, но так и не сумев связать ее с действительностью, он принялся доделывать свой шедевр.
Очнулся он, когда перед его глазами начало летать что-то округлое, испускающее пар и странный запах. Миска опустилась на землю перед ним, а Банш - по его правую руку.
"Еда..." - пронеслось в голове.
Еда - это хорошо. Он отложил поделку в сторонку, поднял миску и покосился на соседку. Та с наслаждением чмокала тонкими губами, смакуя кушанье. Девушка посмотрела на него взглядом заботливой кормилицы:
- Ешь давай.
Мозг немного тормозил, обрабатывая новую информацию, но все-таки пришел к нужному выводу - надо есть.
Отхлебнув из миски, Аллиан попытался понять, что за вкус у блюда, но его рецепторы молчали. Он попробовал еще, еще и еще, но вкуса так и не почувствовал, что одновременно и расстроило, и развеселило.
Протянув Банш пустую тару, он сказал:
- Спасибо, вкусный суп...
Девушка приняла у него миску. Парень откинулся на локти, но ощутил, что что-то не так. Посмотрев вокруг себя, он всполошился, подскочил, шаря в прелой листве руками. Фуф!.. Нашел!
Аллиан встал, поправил изорванную рубаху, выпрямился и с поклоном преподнес своей лекарке желудевого человечка:
- Это вам, госпожа Банши... - проговорил он, дальним уголком мозга заметив, что губам как-то липко, особенно в уголках...

Отредактировано Аллиан (2015-01-09 00:50:59)

+1

18

Когда подопечный вознамерился встать, лекарка предусмотрительно и весьма прытко отодвинулась на шаг-другой, готовясь к худшему: мало ли, что там в нем латакия навыдумывает! Однако парень ее радовал: координация вполне приемлемая, реальность отражает… ну, как “отражает”? Рия с растерянной улыбкой повертела в руках подарок, однако в тон поклону и общему пафосу момента (Ну, прям, будто, и взаправду, блаародные! Тоже мне, принц выискался!), неохотно поднялась на ноги и, как уж сумела, изобразила земной поклон:
- Ай, спасибки! Век не забуду! – человечка она аккуратно запрятала в котомку, в пучок сухого мшарника:
- Поживет пока тут, поездит со мной, а дальше - видно будет!
Опустошенные плошки Рийка деловито спустила в котелок, туда же кинула угвазданный в крови и глине одолженный кинжал.
- Судя по всему, друг мой, ближайшие полчаса тебе бы еще посидеть. А того лучше, так и полежать. Потом все пройдет, сможешь продолжить свой путь-дорогу.
Травница с явным одобрением окинула пациента взглядом и даже языком прищелкнула:
- Заживет, как на собаке!  Даже следов не останется, не переживай, красавчик.
Подхватив котелок, Рийка направилась от костра, уже через плечо бросив со смешливым фырчаньем:
-Я до реки. Сейчас все отмою, и верну тебе твое вооружение, о, воин! – благородный металл обиженно позвякивал в походной посудине, как какая-нибудь обычная железяка. Ну что ж, и в жизни благородных особ бывают, скажем так, не самые… гм… торжественные и возвышенные моменты, верно?

Процедура заняла минут пятнадцать-двадцать. Во-первых, пришлось предусмотрительно отойти подальше, выбрав более пологий спуск, по которому Проклятая сумела бы взобраться обратно, не вывозив при этом повторно драгоценную поклажу. Во-вторых, выйдя вновь к реке, травница не преминула-таки отмыть и себя самое. Шаровары и широкие рукава, которые она старательно (да, видно, недостаточно высоко) подвязала, снова намокли:  по спине моментально студеной плетью протянул бодрящий северный ветерок. Женщина поспешно убрала сырые волосы в узел, подхватила отмытые вещи и к кострищу прискакала уже весьма борзо, на ходу перескакивая с ноги на ногу, дабы согреться, и еще издали, постукивая зубами, завела присказку, явно имея в виду оставленного без врачебного присмотра пациента:
-Ну что, тепло ли тебе… девица, тепло ли тебе…гм, красная?

0

19

Подарок был принят еще с большим почтением, чем мужчина рассчитывал - девушка даже поклонилась ему.
Дальше все вышло быстро: лекарка убрала желудевого человечка в свою котомку, собрала вещички в котелок и отправилась на берег.
"Хозяйственная" - мысленно одобрил регент.
Ему же оставалось посиживать-полеживать возле догорающего костерка - так наказала его новая знакомая... хотя, они толком то и не познакомились. Все-таки стоит узнать ее имя, а то как-то нехорошо получается: он ей жизнь спас, а она его подлатала почище дворцовых лекарей. Даже если судьба больше не сведет их пути, то хотя бы для того, чтобы попросить у Богов для нее удачи и доброго здравия, ему нужно ее имя...
Голова все еще продолжала кружиться, а в теле гуляла слабость. Аллиану совершенно не хотелось быть в таком состоянии, когда вернется девушка. Он знал, что для изгнания винных паров из тела надобно сделать две вещи.
Он стянул с себя остатки изорванной рубахи, проверил раны (срослись как по волшебству!), поднялся, подошел к туше зверя. Наклонившись, он схватил одной рукой за гриву, второй - за основание хвоста.
- Ну, с чего бы начать? - спросил он себя и поднял тушу к груди.
В ней было как минимум пудов семь, а то и восемь. Подержал немного, опустил, опять поднял, подержал, опустил, и так далее. Вслух он начал читать стихи, заученные в годы учений при дворе.
Вот таким образом он стимулировал бодрость тела и разума. Дочитав "Сказание о Свете" и несколько сонетов, он перешел к математике, а именно к системе умножения и деления.
Вскоре руки стали ныть как после долгой тренировке с двуручным мечом, но Аллиан чувствовал, что тело теперь слушается его гораздо лучше. Наконец, он решил, что уже хватит. В последний раз подняв кавруда, бросил его на землю и присел обратно к костру. Очень вовремя, кстати, - со стороны утеса начало позвякивать, и через несколько мгновений на площадку вернулась бродяжка-лекарка.
Бодренько, словно в птичьем танце она запрыгала около костра. Волосы были мокрыми, а бледные губы стали вовсе сизыми.
- Мне то тепло, а вот ты сейчас явно простуду подхватишь. - неодобрительно покачал головой молодой человек.
Он поднял свою рваную рубашку и протянул девушке.
- Накинь, а то зря я что ль тебя спасал?
Взгляд регента упал на котелок, где среди прочего был один из его кинжалов.
- Умело ты с ним обращалась. - вспомнил он смутную картинку из недавнего прошлого получасовой давности. - Ты совсем без оружия? Как же ты странствуешь? Тут ведь твари и пострашнее водятся, да и люд жестокий попасться может. Не могу представить, как ты выживаешь без защиты хотя бы металла.
Он вопросительно посмотрел на бродяжку.
- А лекарка ты на славу Богам - отменная. - улыбнулся он. - У меня самого врачеватели не всякий раз и рану затянуть как следует могут - бояться что ль меня, не знаю.. Но ты явно своему делу не на пыльной дороге училась.

Отредактировано Аллиан (2015-01-13 02:18:14)

+1

20

Прискакав на прогалинку, лекарка юлой завертелась вокруг костерка, с готовностью подставляя ему то одну, то другую часть тела. Словно зверя дразнила: то руку ему подсунет (Ага! Не поймал!), то ногу (Ну, кто из нас быстрее?), то помелом волос над огнем затрясет... Языки пламени лизали бледную кожу, не успевая толком покусать нахалку, а вот теплый рыжий свет с готовностью прорывался сквозь растопыренные пальцы и распущенные космы Проклятой. Этакий театр теней и света для всех, кто коротает ночь на бережку Трирогой!
- Ха! А ты, значит, добрый-заботливый? Хотя, кто кого спасал, - это еще вопрос… - пофырчала насмешливо и чуть смущенно, но рваную тонкую рубашку приняла с готовностью, хоть про себя и подумала, что такое навряд ли будет шибко греть. Такое… Женщина задумчиво помяла тонкую ткань меж огрубевших и неопрятных пальцев. С Такой только фокусы показывать или на торгах хвастаться: "А вот, почтенная публика, тончайшая материя, что с легкостью проскользнет сквозь колечко с мизинчика воооон той очаровательной крошки!"
По-прежнему погруженная в раздумья, лекарка посмотрела не то на паренька, не то сквозь него… Что-то непривычное, почти нереальное… Что-то… Но мысль промелькнула, и – испарилась над огнем, а Рийка вдруг с восторгом обнаружила, что рубашка слегка просвечивает, добавляя в театр теней изрядную толику реализма, а при движении - парусится и взлетает крыльями! Куда уж тут каким-то размышлениям?
- Ты совсем без оружия? Как же ты странствуешь? – вопрос заставил женщину остановиться, прервав волшебный процесс создания волн из ткани и света при помощи подручных средств (в прямом смысле этого слова), т.е. свисающих с Рийкиных костлявых лапок легких складчатых рукавов (рубашка, естественно, оказалась лекарке “слегка великовата”). 
-Ну почему же, есть… - женщина, закатав один из рукавов, запустила руку в мешок и вынула оттуда небольшой бронзовый нож грубой ковки: - Но он для других целей. Не для защиты, - скорчила рожицу, стуча себя ноготком по зубам и вперив взгляд куда-то ввысь: - Нууууу, конечно, шкуру котяре можно было и им попытаться пробить, но твоим, - лекарка легонько толкнула ногой котелок, и тот моментально ответил хозяйке нескладным грохотанием содержимого: - … твоим, это было сделать гораздо проще и… гм… красивее! Но я уже все отмыла, не волнуйся!
Женщина плюхнулась перед котелком и, путаясь в сползающих рукавах рубашки, достала из-под прочей дребедени кинжал:
- Держи! Возвращаю! Спас.
Поднялась на коленях и протянула оружие хозяину…
Увидь кто-нибудь возникшую на речной террасе скульптурную группку, мог бы с полным основанием, хоть и не без некоторого сарказма, поименовать ее “Оммаж во времена дикие и от цивилизованных людей зело далекие”. Слава богу, заросший речной берег особой популярностью у любителей ночных лирических прогулок не пользовался.
- Ну, держи, держи, - травница, почти не глядя, сунула парню кинжал, и поднялась, по ходу дела отряхивая шаровары от приставшего раннего опада.
- На меня редко кто нападает. Видать, думают, что ядовитая!  - женщина со смешками пододвинулась обратно к огню - греться:
- А на добром слове спасибо! Только твоей заслуги тут не меньше, чем моей. Как говорится, коли жить захочешь, и не так еще раскорячишься, – окинула оценивающим взглядом стремительно затягивающиеся раны и от удовольствия снова зацокала языком:
- Но, будем честны, пыльная дорога, - это вот самое оно, прямо моя малая родина! А твои… подожди, твои – кто??? – лекарка резко развернулась на пятках к парню: - В смысле – “твои врачеватели”???

Отредактировано Рия (2015-01-15 15:18:20)

+1


Вы здесь » Нирейн » Страницы прошлого » “Минуй нас пуще всех печалей…”/ Середина Литаруса 1443 г.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC